http://www.grani.ru/opinion/milshtein/m.157977.html
Этой новости уже без малого года полтора, но звучит она столь актуально, что грех не перепостить. Младший наш президент, выступая на каком-то совещании в мае 2008 года, озаботился проблемой жилья для ветеранов войны. Как сообщали тогда разнообразные СМИ, Дмитрий Анатольевич, "поздравив всех ветеранов с приближающимся праздником Великой Победы", велел обеспечить их жильем. К 2010 году.

Тяжело вздохнув и удержав матерное ругательство, вооружимся калькулятором. Если мальчишка в 41-м убежал на фронт, выжил на войне и жив до сих пор, то ему сегодня 85 лет. Если он попал на фронт в победном 45-м, то скоро уже разменяет десятый десяток. По словам того же Медведева, сказанным в мае прошлого года, "в очереди на жилье состоят более чем 55 тысяч человек". Участников Великой Отечественной войны.

Вопрос: надо ли объяснять, что означают эти цифры?

Если надо, я объясню. Это означает, что десятки тысяч людей, ушедших на фронт примерно в возрасте тех болванов, что осаждали в эти дни квартиру Александра Подрабинека, всю свою жизнь прожили в бараках, в разваленных сараях и в коммуналках. И живут до сих пор. И умрут в них, вопреки любым президентским указам или партийным постановлениям, как умерли ранее миллионы тех, кто принес нам победу над Гитлером.

А про "самовары" будем вспоминать? Про инвалидов без рук, без ног, которые пили горькую и просили милостыню после войны и в одночасье были изгнаны из больших городов и сосланы на какой-то остров, чтобы не отравляли вождям и гражданам радость победы? Или, может, сравним, хоть это уже давно банальность, как жилось после войны ветеранам, сражавшимся под красными флагами со свастикой? Причем сопоставим не только жилищные условия, но и уровень медицинского обслуживания, общественного положения, социальных льгот?

Это про рядовых, но можно и про генералов. Например, про советского генерала-фронтовика Петра Григоренко, который за свою правозащитную деятельность был приговорен к психушке. К слову сказать, его судьбе и судьбам многих диссидентов, признанных советским судом невменяемыми, была посвящена знаменитая книга Александра Подрабинека "Карательная психиатрия", написанная в 1977 году. Это был поступок, равный подвигу, и за этот подвиг автор расплатился по полной программе. Пятью годами ссылки, а после и тремя с половиной годами лагерей.

Так кто же у нас – в советские и постсоветские времена – проявлял заботу о ветеранах? Отдельные люди – да. Государство? Отношение этого долбаного государства, как его ни назови, Советским Союзом или суверенной Россией, всегда описывалось словосочетанием "национальный позор". И этот позор был тем кромешней, чем сильней проявлялось лицемерие начальников, которые о своих ветеранах вспоминали раз в году и только в пропагандистских целях.

Речь именно о ветеранах – о чернорабочих войны, никак не о ветеранских организациях, десятилетиями занятых "патриотическим воспитанием молодежи", то есть прославлением подлой войны и подлого режима. Эти люди, когда-то храбро воевавшие с немцами, в советские годы стали проводниками самых косных идей. Это они писали "коллективки" и личные письма в газеты, требуя расправы над Пастернаком, изгнания Твардовского из журнала "Новый мир", запрета западных танцев, антисоветчины в живописи и науке и т.д. От имени павших бойцов. За себя и за того парня, что было отвратительней всего. Поскольку тот погибший парень не давал им никаких полномочий говорить от своего имени.

Это они усматривали "ложь" и "надругательство" в лейтенантской советской прозе. Для них Булат Окуджава был "пацифист" и потому – враг. Они травили Василя Быкова, написавшего самую пронзительную правду о бесчеловечной войне. Они не успокоились и после развала нерушимого Союза, и какой-то Дегтярь из "челябинской региональной Организации ветеранов войны, труда, Вооруженных сил и правоохранительных органов" совсем недавно предложил расстрелять издателя писем покойного Виктора Петровича Астафьева – великого русского писателя-фронтовика. За то, что он, солдат Великой Отечественной, писал про Жукова и Сталина: они "сожгли в огне войны русский народ" и "в его крови утопили фашизм, забросали врага трупами".

Правда о войне начальству никогда была не нужна. И сегодня, в эпоху борьбы с фальсификаторами, клеветнически утверждающими, что кровь красного цвета, война тоже востребована исключительно для патриотических истерик в исполнении новейшего гитлерюгенда. Самое же подлое заключается в том, что команду "фас" отдают люди предельно циничные, которым вообще плевать на всех, включая "ветеранов ВОВ".

Так называемый Сурков, воспользовавшись статьей Подрабинека, по новой осваивает бюджеты для своих "Наших". Так называемый Путин по новой избывает свою "главную геополитическую катастрофу ХХ века". И ради этих денег и безутешной ностальгии по совку они готовы на все. Вплоть до убийства человека, который внятно, жестко, неосторожно, искренне рассказал им о том, чего стоил их Советский Союз и чего стоят они сами, звереющие при слове "Антисоветская", даже если это название какой-нибудь шашлычной.
Илья Мильштейн

Статья :
Советский союз

Теперь именно к этой буржуинской власти обратилась группа ветеранов советского тоталитаризма. Обратилась затем, чтобы эта власть помогла ей своими хорошо всем известными бандитскими методами свести мелкие счеты с идеологическими противниками. Их чувства, видите ли, оскорблены вывеской "Антисоветская"!
Александр Скобов
28.09.2009


Дословно :
Владимир Буковский
бывший политзаключенный

Эти кампании (травли инакомыслящих в советское время. - Ред.), за исключением начала советской власти 20-30-х годов, все-таки не доходили до физической открытой угрозы. В наше время "народные массы" никто не пытался использовать таким образом. Использовали известные молодежные формирования, оперативные отряды... Это использовали в судах иногда, чтобы заполнить комнату суда, пригоняли якобы народные массы, на самом деле хорошо отобранных активистов партийных, и так далее. То есть такого элемента якобы самодеятельности советская власть не допускала, они вообще-то никому не верили, они хотели все четко контролировать. А эти так называемые "Наши", они хоть являются понятными шакалами Кремля, но уверенности у руководства, что они все сделают без ошибок, видимо, нет. Поэтому тут они допускают такую некую свободу действия, чтобы она могла прикрыть любые их намерения... Под этим шумом, этой дымовой завесой, конечно, можно совершить любое насилие над человеком и списать на тех же "Наших".

Радио Свобода, 29.09.2009


Грань между «российским» и «советским» стирается. Снова появляются «враги народа», поощряются доносительство, шельмование инакомыслящих, политическая нетерпимость. Планомерно возрождается сталинизм?

Петр Саруханов — «Новая»

Alexandr NATT
Вчера у дома семьи Александра Подрабинека
Юрий РОЗИНСКИЙ
В некоторых «конторах» эти календари весьма популярны

Напоминаем широкой публике, что правозащитник и журналист Александр Подрабинек, на которого объявили охоту «Наши», в ссылках и лагерях уже был. «Наших» пока российское правосудие милует, хотя часть этих ребят уже освоилась за уголовной гранью.

Глупо думать, что матерого политзэка испугают угрозы стайки управляемой гопоты. Переводили бы старушек через дорогу — больше пользы.

Плохо вот что: грань между «советским» и «российским» стирается как дорожная разметка. В борьбе слов закончились слова.

Второе пришествие

Во вторник утром мы связались с Аллой Подрабинек, женой Александра Подрабинека:

— Сегодня утром нам позвонили уже не в домофон, а в дверь квартиры. Человек пять, в красных курточках. Спросили Александра, я ответила, что его здесь нет. Они сказали, что надо передать ему какие-то бумаги и что у них бессрочный пикет. Я отказалась открыть им дверь, а документы посоветовала положить в почтовый ящик. Они ушли пикетировать к подъезду. Может, им молоко выдадут за вредность работы при плохой погоде.

К нам приезжала съемочная группа французского телевидения, я их впустила. Буквально сразу же звонок: «А нас пустите?» После я видела из окна подъезда, как человек пятнадцать сворачивали знамена и грузили их в грузовик. Журналистам они сказали, что обещали стоять каждый день по два часа.

Это уже второе их пришествие. Первый раз они появились в четверг. Раза три в течение дня в домофон звонили люди, спрашивали, живет ли тут ПодрабинЁк и как передать ему документы. Хотели проникнуть в квартиру. Наверное, ходили бы по комнатам и искали бы его там. В квартиру я их категорически отказалась впускать, потому что не знаю, один это был человек или разные люди. Хотя такие, как они, поодиночке обычно не ходят.

Вечером соседи рассказали, что им звонили какие-то люди, представлялись старыми друзьями нашей семьи, которые потеряли наш телефон. Но при этом они нашли телефон соседей! А нам, видимо, просто не могут дозвониться — постоянно звонят друзья, родственники, журналисты. Все поддерживают, переживают, за это им огромное спасибо.

В четверг же вечером я начала давать комментарии радиостанциям, так что на следующий день они поутихли.

У меня теперь сплошное дежавю. Я через это уже проходила, я знаю, что такое травля, слежка. Много лет назад за нами уже была слежка, ходили всюду, даже не скрываясь. А вот дочери нашей это все впервой. Но она пока держится, по крайней мере говорит, что не боится. Правда, в институт пока не ходит, и из дома мы стараемся по одной не выходить.

Хотя такой массовой травли я, признаюсь, не видела. Но тогда и не было интернета.

Что касается ситуации в целом, я думаю, это очень серьезный уровень угроз.

Не от «Наших». «Наши» — это собаки, которым крикнули «фас», а поводки находятся у тех, кто, собственно, и кричит «фас». «Наши» — это мелкие бесы. Как метко заметил кто-то из слушаетелй «Эха Москвы»: «Подрабинек святой водой на чертей брызнул, вот они визжат и бесятся».

Угроза исходит от тех, кто гораздо выше. Александр написал в своем блоге обращение, я думаю, своевременно и правильно. Я всю свою жизнь пыталась возражать, спорить с тем, что он говорит и делает. И каждый раз впоследствии убеждалась, что он был прав. И когда он звонил и говорил, что спрячется на некоторое время, по голосу, по интонациям, по словам я поняла, что он пытается меня не напугать. Поэтому я знаю: если он так говорит, значит, так и есть. И конечно, я выступаю только от своего лица.

Я вспоминаю слова диссидента Александра Гинзбурга. Раньше жены политзаключенных могли передать посылку только 5 кг. И все время маешься, что передать, рассчитываешь граммы: положить побольше сухой колбасы, или носки, или конфетку. И получатель часто сам точно заказывал, что ему надо. И Гинзбург говорил: если зэк просит прислать килограмм дерьма, то надо слать. И не спрашивать зачем.

Что касается того, что «Наши» хотят выжить его из страны, мне это кажется бредом. В конце концов он гражданин этой страны, и в ней есть законы, а положения о высылке, слава богу, давно уже нет. Если он не уехал тогда, при Советском Союзе, когда его вынуждали это сделать, шантажировали арестом брата (которого действительно посадили на пять с половиной лет), то сейчас уезжать, как говорят мои дети, как-то тупо. Я надеюсь, ему хватит сил. Главное — чтобы был жив.

Я же пока живу одним днем и совершенно не представляю, чем и когда это все закончится. Возможность уехать как превентивную меру я не исключаю. В любом случае я сделаю так, как он посчитает нужным.

Мнения экспертов

«Это легальная экстремистская деятельность»

Юрий Совенко, президент Независимой психиатрической ассоциации:

В контексте политических убийств, избиений и судебных преследований журналистов, раскрученных кампаний (типа антисектантских и «обезьяньих» процессов) и многообразного давнего и недавнего опыта такого рода всем мало-мальски критически мыслящим людям совершенно ясна циничная интонация скрытой угрозы в заявлении лидера нашистов Никиты Боровикова: «Мы никогда не угрожали Александру Подрабинеку физической расправой». Словно не существует таких вещей, как «с молчаливого согласия»…

«Мы объявляем о бессрочных пикетах возле дома «пуганого» Подрабинека», — провокационно заявил Боровиков. Как раз Подрабинек известен своим мужественным поведением в самые мрачные времена, тогда как кампания травли скопом одного — откровенная акция запугивания, заведомо легко выходящего из-под контроля, запугивания, рассчитанного на всех.

Перед нами яркий пример экстремистской деятельности в отношении вечного оппозиционера власти, поэтому это легальная экстремистская деятельность. Нетрудно увидеть здесь тенденцию. Появление таких организаций и такой деятельности — это хорошо известные симптомы…

Предложение префекта Северного административного округа Москвы Олега Митволя «дать оценку позиции Александра Подрабинека, одного из лидеров движения «Солидарность», явного сторонника бандеровцев», прямо переводит эту историю в политическую плоскость, в политическое обвинение.

Обидевшимся ветеранам не менее чем по 85 лет, их легко обидеть, тем более что они накалены уровнем своей жизни, падением престижа нашей страны, цинизмом нового поколения. Поэтому легко и выигрышно использовать их авторитет для сведения политических счетов.

Анна Ставицкая, адвокат:

— Действия и заявления «Наших», касающиеся Александра Подрабинека, сомнительны с точки зрения административного и даже уголовного права. Так, поиски «физического контакта» с журналистом при определенных обстоятельствах можно квалифицировать как угрозу физической расправой, а преследование членов семьи Александра Подрабинека — как мелкое хулиганство. Однако гораздо опаснее то, что травля активистами «Наших» журналиста и его семьи создает абсолютно непредсказуемую обстановку, в которой за их безопасность не поручится никто.

Официально

Обращайтесь к участковому

В ГУВД Москвы нам объяснили, что при любом пикетировании, в котором участвуют больше двух человек, эти люди должны обратиться с уведомлением в местные органы власти.

Если такого уведомления не поступало, пикетирование противоречит закону. Если гражданин опасается за свою безопасность, он может обратиться к участковому инспектору, и тот выяснит, насколько законно пикетирование и кто его проводит. Также гражданин может подать заявление в милицию с целью установить, как именно пикетирующим подъезд людям стал известен его домашний адрес и не было ли в этом случае нарушения закона.

Живой Журнал

tanager

Александр, я не оказалась в рядах поклонников той Вашей статьи. Но я считаю, что свобода слова есть одна из главных свобод. Но, когда Вас стали так организованно травить, я поняла, что я на Вашей стороне.

golosptic

Боюсь, с такими взглядами Вам сложно будет появляться в приличном обществе. Попробуете высказывать на людях — в лучшем для Вас случае матом польют, а то и по шее.

prostogordon

Не питаю никаких нежных чувств к советскому периоду. Но люди, подобные вам (с маленькой буквы — намеренно), мне более чем отвратительны. И совсем не по политическим причинам. Ваше право — не любить СССР. Но поливать грязью неограниченное число людей, тогда живших, и вешать на них на всех ярлык — подло и низко.

near_bird

Надеюсь, что лично вы уже расстались со всеми признаками советской власти? Не живете в советском доме, не катаетесь в советском метро, сожгли свой советский аттестат зрелости и советский диплом? Ваши дети и (если есть) внуки ни разу в жизни не перешагнули порога советской школы, советской больницы, советских музеев и кинотеатров?

alek_epstein

Вы написали очень хорошую статью, Александр Пинхосович. Она наверняка войдет в любое Ваше «Избранное» — и любое «Избранное» либеральной публицистики современной России. Такие замечательные тексты появляются не каждый день и даже не каждый год… Вам повезло быть таким талантливым. Нам повезло, что мы имеем возможность читать Ваши тексты.

begemot_0007

Я поинтересовался вчера (когда звонил в Милан), как насчет этого там в Европе, мне сказали, что в случае такого вот письма (от ветеранской организации) чиновники тоже провели бы беседу с бизнесменами, но без всякого давления.

polar_bird

Неудивительно, что адепты черно-белого мировоззрения ухватились за этническую идентичность автора: раз еврей — значит, должен любить совок. А если бы это написал чеченец? Или волжский немец? Или крымский татарин? Понятное дело, обвинили бы его предков в коллаборационизме. Легко спорить с этничностью автора. Против аргументов спорить труднее…

vel_belew

Спасибо, Александр! Правильно Вы всё написали. Совок ненавижу с юности. Жаль, что всё повторяется и всех устраивает. Не видят последствий. Очень грустно.

andreistp

Александр, огромнейшее Вам спасибо за прекрасную статью. Именно такие честные произведения и останутся в истории культуры человечества… К написанному хочу еще добавить про ситуацию в Украине. На сегодня в списках ветеранской организации нашей страны числится около 2,5 млн ветеранов. Но из них воевали только меньше 400 тысяч! Причем данное число было несколько лет назад. Учитывая крайне преклонный возраст этих именно настоящих окопных ветеранов, можно сказать, что умирают они, к сожалению, раньше других. Так вот разница между 2,5 миллиона и 400 тысячами — это не ветераны, это совки, которые выросли на фальшивых фильмах и лживых патетических песнях времен «развитого социализма». У них нет мужества даже перед самими собою признаться в том, что жизнь прожита зря… А подлинные ветераны благодарят за то, что начали наконец писать правду — мои друзья и знакомые лично сталкивались с этим. Истинные ветераны, которые провели не один год в окопах, под пулями, хотят, чтобы их потомки знали ВСЮ правду, а не сусальную ложь, которая, как та простота, — хуже воровства…

evgenyivanov

Услышал, что Вас нашисты преследуют. Позвольте Вам выразить свою поддержку. Я молчал до этого, если не из зависти, то из конкурентных соображений. Мнение, заявленное вами в статье, — очевидно, а у меня свой ЖЖ. Но раз пошла такая «пьянка»… Морально я с Вами.

abpaximov

Очень жаль, что вы так оскорбляете ветеранов Великой Отечественной войны. И зря, на самом деле. В приличных странах вы бы уже остались бы без друзей и работы.

aldan83

Удачи! К сожалению, «правозащитники» и «оппозиция» вообще показали себя во всей красе в этой истории. Кстати, по существу статьи практически никто внятных аргументов не приводил, только слова «возмущения»…

Когда верстался номер

Активисты «Наших» подали иск к Александру Подрабинеку. При этом «бессрочные пикеты» под окнами дома семьи журналиста и правозащитника они намерены продолжать.
http://www.novayagazeta.ru/data/2009/108/00.html

Их вырастил Сталин
http://www.grani.ru/Politics/Russia/m.157987.html
Ситуация вокруг статьи журналиста Александра Подрабинека будто специально создана, чтобы продемонстрировать набирающий силу процесс ресталинизации в стране. Она выявила несколько принципиальных моментов, на которые следует обратить внимание, потому что они дополнительно проясняют картину происходящего.

Во-первых, гневная и абсолютно разнузданная (в силу анонимности) реакция многочисленных пользователей Интернета как на личность Александра Подрабинека, так и на его статью, инспирированная движением "Наши", по своей сути не отличается от призывов, звучавших на собраниях трудящихся 1930-х годов в адрес "врагов народа": "Расстрелять взбесившихся собак!", "Ни одного врага народа не оставим на Советской Земле!", "Смерть предателям и изменникам Родины!", "Учиться распознавать врагов так, как распознают их наши чекисты!". "А вы спрашиваете еще, – пишет в своем блоге член политсовета "Молодой Гвардии Единой России", шеф-редактор портала Кремль.орг Павел Данилин, – зачем нужны молодежные организации. Вот затем и нужны. Чтобы всяким подонкам жизнь медом не казалось. Сначала Подрабинек, потом Минкин. Потом Б.Соколов. И всякая шваль, привыкшая обливать грязью нашу страну безнаказанно. Задумается. По крайней мере, задумается что делать. Слава России!".

Во-вторых, российское прошлое не позволяет сомневаться в заказном характере акций "Наших" и им подобных молодежных объединений. Они и создавались для того, чтобы обслуживать власть. В случае с Подрабинеком просматривается прямой заказ "на организацию ярости масс" против независимого журналиста, точка зрения которого отличается от видения подавляющего большинства. А в России, как правило, исторически правым оказывается именно меньшинство, а не большинство. Только человек, не желающий видеть, откажется признать, что члены этих молодежных организаций уже несколько лет обрабатываются в соответствующем духе на Селигере. Совсем недавно их действия высоко оценил заместитель главы администрации президента Владислав Сурков.

Мы не знаем лишь того, в каком виде поступил заказ на травлю Александра Подрабинека. Был ли это телефонный звонок, e-mail или "Наших" просто известили о недовольстве патрона появившейся публикацией? Ясно одно – власти, позиционирующей себя в мире как "демократия", необходимо оправдание своих действий запросом "снизу". Вот пример, как это делалось в 1930–е годы. В день суда над военными из Москвы местным партийным органам СССР была отправлена шифротелеграмма: "В связи с происходящим судом над шпионами и вредителями Тухачевским, Якиром, Уборевичем и другими ЦК предлагает вам организовать митинги рабочих, а где возможно, и крестьян, а также митинги красноармейских частей и выносить резолюцию о необходимости применения высшей меры репрессии. Суд, должно быть, будет окончен сегодня ночью. Сообщение о приговоре будет опубликовано завтра, т.е. двенадцатого июня. 11.06.1937 г. Секретарь ЦК Сталин". В 23 часа 35 минут 11 июня председатель суда В.В. Ульрих огласил приговор о расстреле восьми осужденных. Приговор был приведен в исполнение 12 июня 1937 года.

А сегодня и шифротелеграммы можно не рассылать. Политическое пространство "зачищено" настолько, что "поле" несогласных сузилось до Москвы, а фактически до Интернета.

В-третьих, на действия "Наших", насколько известно, пока не последовало протестов со стороны российских общественных организаций. Вот как прокомментировал позицию "невмешательства" председатель комиссии Общественной палаты по коммуникациям, информационной политике и свободе слова в СМИ, главный редактор "Московского Комсомольца" Павел Гусев: "Я этот вопрос довел до сведения комиссии Общественной палаты, будет ближайшее заседание, пока реакции такой нет, что нужно сразу вставать на защиту, потому что я не думаю, что кто-то будет убивать или уничтожать Подрабинека. Если будет угроза непосредственно от конкретных организаций, а не от людей, тогда мы обязательно выступим. Пока это одна из заметок, которая вызвала такой шум, не думаю, что Общественная палата должна в данной ситуации сразу делать заявления или предпринимать какие-то действия, мне кажется, что пока кроме слов отдельных граждан я не услышал там чего-то необычного".

А Михаил Барщевский, видимо, держа в голове известный анекдот об американском студенте, после прочтения "Архипелага ГУЛаг" воскликнувшем, почему же они не обратились в полицию, посоветовал Александру Подрабинеку именно так и поступить – написать "заявление в милицию с требованием выделения ему личной охраны".

Подобная позиция "невмешательства" – еще одно подтверждение того, что общественные организации, легально действующие в стране, это часть так называемого пространства власти. Они политически лояльны и принимают заданные правила игры. Организации и отдельные граждане, так или иначе проявившие свою нелояльность, вытеснены за пределы политического пространства и в лучшем случае оказались на положении маргиналов. В 1930-е годы было точно так же. 2 миллиона членов и кандидатов в члены партии, более 4 миллионов комсомольцев, более 12 миллионов членов Осоавиахима, более 17 миллионов членов профсоюзов, более 3 миллионов рабочих и крестьянских корреспондентов и т.д. действовали не сами по себе, а проводили в жизнь установки сталинской власти. А молодежь тогда действовала с энтузиазмом "Наших", который обычно присущ такого рода режимам в стадии их становления и укрепления.

Если использовать терминологию нынешней власти, то травля Александра Подрабинека – это в чистом виде пример действия российского "стандарта демократии". Сталин, между прочим, подводя итоги операции по "строительству социализма в одной отдельно взятой стране" на XVIII съезде ВКП(б) в марте 1939-го тоже говорил о "полной демократизации политической жизни страны".

Самое поразительное заключается в том, что эта пропаганда работает. Одна из вышедших не так давно на Западе книг по России называется "Террор и демократия в эпоху Сталина". Слово демократия используется без кавычек. Так что не стоит, глядя на действия "Наших", недооценивать серьезность ситуации как для Александра Подрабинека, так и для будущего страны.
Ирина Павлова


Рано или поздно каждая деспотия переступает тонкую, но безошибочно определяемую грань, отделяющую авторитарный режим от откровенно бандитского. Переходит от «обычных» политических преследований (цензура в СМИ, недопущение оппозиции до выборов, аресты, показательные процессы) к персональной физической травле. Таким Рубиконом для нынешней власти, вполне возможно, станет кампания, развязанная против журналиста Александра Подрабинека.

Насилие сопровождало чекистский режим с первых дней его зарождения – от взрывов жилых домов до убийств правозащитников и журналистов. Но до последнего времени власть все же смущалась ответственности, а иногда даже выдавливала из себя дежурные слова соболезнований.

История с Подрабинеком, показавшая истинную цену публицистическим опусам «либерального президента», стала для России знаковой. Впервые со времен КГБ СССР кремлевский режим руками своих «шестерок» из движений «Наши» и «Молодая гвардия» «Единой России», открыто и не стесняясь, развязал кампанию травли журналиста, посмевшего не согласиться с генеральной линией.

Осада дома, звонки с оскорблениями, прямые угрозы и прочие методы из арсенала преступных группировок, как охотно признают «Наши», преследуют вполне конкретную цель: вынудить Александра Подрабинека покинуть Россию.

Невдомек им, скудоумненьким, не читавшим, конечно, ни Солженицына, ни Шаламова, ни Буковского, никогда не слышавшим о травле Пастернака, Бродского, Галича, не знающим ничего об истории нашей страны, какую «услугу» они оказывают своим кукловодам, преследуя политзаключенного еще советских времен. Который отстаивал свободу и человеческое достоинство перед лицом тоталитарной машины, защищал честь страны в те времена, когда другие отмалчивались или стыдливо поднимали руки на партсобраниях. Невдомек им, что призывы к «выдворению» политических оппонентов уже совсем возвращают нас во времена андроповщины. Что требование покинуть Россию подействует вовсе не на Александра Подрабинека, который сделал свой выбор еще в конце 70-х, предпочтя арест и лагерь требованию КГБ эмигрировать в Израиль. Как заметил Владимир Войнович, «если в стране какие-то молодые мерзавцы будут допекать человека, правильная статья или неправильная, и это государство будет смотреть на это, благословляя... то из этой страны надо просто бежать».

Впрочем, на это в свое время ответил Владимир Буковский, также выбравший «сидение» изгнанию: «Евреи едут в Израиль, немцы – в Германию. Это их право, как право каждого человека – ехать, куда ему нравится. Но куда же бежать нам, русским? Ведь другой России нет. И почему, наконец, должны уезжать мы? Пусть эмигрирует Брежнев с компанией».

Очевидно, что статья в «Ежедневном журнале» стала лишь предлогом для травли журналиста, давно раздражавшего режим своей вызывающей неподконтрольностью, распространением книги «ФСБ взрывает Россию», участием в президентской кампании Владимира Буковского.

Очевидно, что Александр Подрабинек, сын ветерана Великой Отечественной, не оскорблял участников войны. Его слова были обращены конкретно к тем, кто подписал донос в префектуру Северного округа – в частности, к ветерану коммунистической партноменклатуры Владимиру Ивановичу Долгих, секретарю ЦК и кандидату в члены Политбюро ЦК КПСС, сыну начальника Вятлага ГУЛаг НКВД СССР.

Участников Великой Отечественной оскорбляет не Подрабинек. Их оскорбляют те, кто, подобно Долгих, пытается представить ветеранов не освободителями Родины от нацизма, а защитниками сталинизма и ГУЛАГа; те, кто плюют в лицо лейтенанту медслужбы Елене Боннэр, глумятся над памятью капитана Александра Солженицына и генерал-майора Петра Григоренко; те, кто сегодня являются подлинными фальсификаторами отечественной истории.

Русский народ не воевал за «бессмертное учение» Ленина-Сталина. Лучшее доказательство тому – панические действия «генералиссимуса», вынужденного на время войны отказаться от коммунистической риторики и обратиться к символам исторической России: сменить обращение «товарищи» на «братья и сестры», вернуть звания, награды и погоны царской армии, разрешить открытие храмов и легализовать почти полностью уничтоженную им Русскую Церковь.

Прикрываясь лицемерной «заботой о ветеранах», прислужники режима являют миру свое подлинное лицо: лицо защитников «совка», КГБ и ГУЛАГа. Все маски окончательно сброшены. И это, пожалуй, единственный позитивный итог этой отвратительной истории.

ВЛАДИМИР КАРА-МУРЗА (мл)


Автор – историк, публицист, член федерального политсовета Объединенного демократического движения «Солидарность»
http://www.ej.ru/?a=note&id=9497